Чародейская Академия. Книга 2. Друзья-авантюристы - Страница 36

– Однако давай возвращаться, что-то сыростью потянуло. Осень всё-таки.

На самом деле в тот момент у Эрика появилось жутковатое ощущение – будто лица с портретов пристально наблюдают за ними.

– Ладно, идём отсюда. Правда, спать ещё чего-то не хочется. А тебе?

– Аналогично. Выспался же днём. Как я понял, на уме у тебя что-то имеется. Выкладывай, не стесняйся.

– Я вот думаю: а не заглянуть ли нам в комнату отдыха? Если там есть люди, можно пульку расписать.

Народонаселение упомянутого заведения в тот момент было представлено всего лишь двумя однокурсниками: Лиэнной, разбиравшей за компьютером сложный японский пасьянс, и Джо, меланхолично листавшим газету в курилке. Одну из боковых пристроек комнаты отдыха в своё время приспособили для любителей подымить, поскольку курение в местах проживания формально не поощрялось (хотя специально никто проверки не устраивал и, соответственно, дисциплинарных мер воздействия к нарушителям не применял). Гека и Эрик решили составить компанию Джо, не спеша посасывающему длинную раскрашенную трубку.

– Та самая, фамильная? – заинтересованно спросил Эрик, указывая на неё.

– Нет, всего лишь дешёвая подделка. Одна из массово изготовляемых современными племенами на продажу туристам. Настоящую индейскую трубку отличает не аляповатость раскраски, а вполне конкретные символы и изображения, по которым можно многое сказать о её хозяине.

Гека снял с полочки пачку сигарет, оставляемых администрацией специально для студентов, достав по одной себе и Эрику. Тот, подумав, отказываться не стал.

– Что пишут в свежей прессе? – осведомился Гека, желая завязать разговор.

– Опубликованы предварительные итоги президентских выборов. С перевесом в три процента лидирует кандидат от демократов Джим Сокремер. Едва ли его сопернику-республиканцу удастся преодолеть отрыв. Джимми вроде парень нормальный, без закидонов. Будь я сейчас дома, отдал бы ему свой голос. Моя семья, кстати, традиционно всегда голосовала за «ослов».

– За кого?!

– Ну, это так у нас в Америке называют членов демократической партии. А республиканцев, соответственно, зовут «слонами».

Приятели, в свою очередь, поведали о неудавшемся путешествии на третий этаж (в расстройстве от результатов которого не сразу и сообразили, что ожившая статуя не только заметила их, но и освободила от наложенных чар), а заодно и про проделки Билли. К услышанному Джо отнёсся философски:

– Пусть лучше их фантазии ограничатся пачканием бумаги. Кстати, сегодня Билли вновь заходил ко мне.

– И?

– Опять нёс чушь про патриотизм и врагов Америки. Видя, что на меня подобная лабуда не действует, начал расспрашивать, как нам удалось попасть в подземную бухту, и что там нашли. Мир не без добрых людей, приходящих на помощь, ответил я, а по поводу находок посоветовал обратиться к Ларонциусу. Тогда он решил зайти с другого конца – мы, мол, их вообще неправильно поняли, они вовсе не стремились присвоить себе найденное, лишь хотели быть первыми, и потому, естественно, немного напряглись, когда появились конкуренты. Я лишь посмеивался в душе, выслушивая столь неуклюжие объяснения. Заметив недоверие, Билли вновь изменил тактику – принялся склонять к сотрудничеству – типа кое-кто готов хорошо заплатить, куда больше, нежели жалкая подачка от Гильдии. Если соглашусь немного поработать на них осведомителем.

– Ну и каков же был твой ответ?

– Сказал, пусть те тридцать серебреников засунет себе в одно место. Билли обиделся и заявил – вскоре мы горько раскаемся, что перешли им дорогу. Надеюсь, больше он ко мне не заявится.

– Хорошо, если и другие пошлют его туда же. Однако не будем о грустном. Как относишься к предложению раскинуть картишки?

– С удовольствием.

Джо загасил трубку, выбив из неё остатки табака в пепельницу, после чего все трое удобно расположились за карточным столом.

– Жаль, нет четвёртого, а то могли бы и в бридж срезаться.

– А если Лиэнну позвать?

– Да вряд ли она умеет…

Последние слова англичанка услышала и притворно возмутилась:

– И чего же такого я не умею?

– Нам хотелось найти четвёртого для бриджа, и мы обсуждали возможные кандидатуры.

– Значит, решили, раз девушка – значит, до бриджа не доросла? Это вы зря, я когда ещё в школе училась, к нам в гости частенько приходила подруга матери с дочкой, учившейся на класс старше, и мы составляли партию.

– Раз умеешь, давай присоединяйся.

Перетасовав колоду, Джо раздал карты, и игра началась. Сама собой, как её сопровождение, завязалась непринуждённая беседа, в процессе которой Лиэнна, видевшая приказ о награждении (естественно, в неиспачканном виде), стала любопытствовать о находках друзей. Те отшучивались.

– Да так, пустяки, ядра там железные, ложки-миски кухонные, бочонки прогнившие…

– А правду говорят, что вы корабль пиратский нашли?

– Да от него уже одни брёвнышки остались…

– И на нём действительно какой-то колдун путешествовал?

– Ну какой же пиратский корабль, да без колдуна?

Лиэнна слегка обиделась:

– Как помощь нужна, так сразу прибегаете, а тут будто завладели тайной государственного уровня, а я шпион иностранной разведки. Не хотите рассказывать – не надо, больше ни о чём спрашивать не буду.

«И задания по латыни придётся делать самому, – мелькнуло в голове у Геки. – Если обидится всерьёз, пиши пропало». Насколько он успел изучить характер англичанки, при всей доброте и приветливости она умела быть достаточно жёсткой и принципиальной.

– Пойми, Лиэнна, мы боимся, что нас неправильно поймут. Будут думать, будто мы охотники за кладами и наградами, а на самом деле нам просто было интересно.